Центр поддержки клиентов 8 800 2501 220 бесплатно по России

Интервью с генеральным директором «МРСК Урала» Алексеем Бобровым на тему деятельности компании в условиях кризиса (4 канал. Стенд. 03.02.09)

04 февраля 2009

- Добрый вечер! Сегодня на «Стенде» генеральный директор «МРСК Урала» Алексей Бобров. Добрый вечер, Алексей Олегович! Как поживаете?

IMGi0279- Слава Богу, спасибо, вашими молитвами.

- Кризис?

- Как и у всех, об этом писали, читали, я тоже смотрел телевизор.

- Каким образом сказывается он на вашей деятельности?

- Также как и на всех, только здесь нужно сказать следующее. Мы более инертны и не можем заработать на спекулятивных пиках и взлетах, так и спекулятивные провалы какие-то на нас отражаются меньше. Безусловно, у нас есть спад производства процентов на 15 к предыдущему январю. Но, тем не менее, я не хотел бы это здесь драматизировать и говорить, что кризис, что плохо.

- Имеется в виду, что на 15% купили меньше электричества?

- Да, мы меньше транспортировали электричества на 15% по сравнению с январем 2008-го года.

- А если сравнивать с 2006-м или 2007-м годами?

- Не смотрел, но где-то уровень 2006-2007 года.

- Тогда это еще не кризис, потому что в 2006-2007 году все мы были сытые, довольные и смотрели весело вперед.

- Я и говорю, что не склонен драматизировать ситуацию с точки зрения электроэнергетики, с точки зрения сетевого хозяйства, то есть в отличие от наших коллег, у которых какие-то проекты вообще закрываются, не начинаются или производство падает, к сожалению, как у металлургов почти в 2 раза. У нас, конечно, это более мягкая посадка.

- Но планы развития вы корректируете?

- Безусловно. Ведь план развития – это не наша придумка, не наше желание, это есть реакция на спрос, на потребности, которые есть у потребителей. Если этих потребностей нет, то зачем впереди паровоза бежать, это закапывание денег потребителей. Нам это не нужно и потребителям не нужно.

- Но насколько быстро вы сможете развернуть эти планы снова, потому что вот кончится кризис, начнется рост производства, заводы ведь не надо строить. Они включили печь, чтобы плавить металл, говорят, что им нужно электричество, вот вы сможете подать это?

- Конечно, никаких проблем здесь нет, то есть до уровня, который был, мы восстановимся легко. А если говорить о каких-то серьезных заделах, то я считаю, может быть, мы это время используем с большей эффективностью, потому что можно свободно позаниматься организационной работой, проектировкой, подготовкой. Это всегда занимает много времени, много сил, но не так много денег, поэтому сделать лишние проекты, более уточнить планы – для нас это полезно.

- Помнится мне, что в кризисные годы, которые мы переживали все вместе, была такая народная забава не платить, в том числе за электричество. Сейчас это снова начинается?

- У нас это, видимо, на генетическом уровне. К сожалению, это явление приобретает все большую массовость.

- Это касается потребителей физических или юридических лиц?

- Вы знаете, мне сложно точно сказать по категориям, потому что все-таки это вопрос сбыта, кто продает электроэнергию, нам не платит сбыт. Но, наверно, здесь не имеет значение отрасль, ни промышленность, ни физические лица, а это вопрос личной самодисциплины и профессионализма руководителей, которые руководят предприятием вне зависимости от отрасли. Если руководитель, к великому моему сожалению, не сворачивает свои производственные планы, а продолжает выпускать ту продукцию, которая не востребована на рынке, он тратит энергоресурсы, он заставляет людей делать тот труд, который не востребован. Конечно, это бред. И пользуясь моментом, я бы хотел поблагодарить всех ответственных потребителей, коих пока все-таки большинство, которые адекватно посмотрели на ситуацию на рынке и смогли снизить свои производственные программы, честно меньше потребив, но не наделав долгов, не создав конфликтных ситуаций. Это абсолютно корректно, поэтому я все-таки здесь думаю, что это не вопрос отрасли, а вопрос личной ответственности и профессионализма руководителей.

- Но вам не платит сбыт, вот вы со сбытом разбираетесь?

- Потребители, которые работают с нами напрямую, то есть у нас есть прямой договор, это алюминщики, достаточно крупных и средних промышленных потребителей, вот с ними никаких проблем нет. Как правило, это люди, которые выбирают современную форму, они более ответственны, более профессиональны, они считают свои деньги, соответственно нет конфликтных ситуаций. А вот именно сбыт, причем именно «Свердловэнергосбыт» находится, видимо, в наиболее тяжелом положении. Я не думаю, что Свердловская область принципиально в каком-то худшем положении, нежели наши соседи, но именно со «Свердловэнергосбытом» у нас нет договора.

- Это напоминает ситуацию Россия – Украина с газом, когда договор не подписывается, а потом начинается.

- Нет, здесь все достаточно просто, т.е. у нас нет невыясненных моментов, мы не упрекаем друг друга. То есть я прекрасно понимаю коллег, они хотят по условиям договора платить на 2 месяца позже, чем платят потребители. Я прекрасно их понимаю, им нужны оборотные деньги на рынок, но у нас несколько другая позиция, нам хотелось бы, чтобы эти процессы были более синхронизированы, совпадали платеж потребителей и платеж нам. Поэтому мы не обвиняем и не упрекаем друг друга в каких-то недобросовестных вещах, просто здесь это обычный диалог, который всегда есть.

- А этот диалог не кончится опять же, как история с Россией и Украиной, когда в отсутствие договора вы повернете рубильник, и «Свердловэнергосбыт» не получит электричество, соответственно не получат и те конечные потребители?

- Об этом не может быть и речи. Да, со «Свердловэнергосбытом» у нас есть достаточно напряженная ситуация, достаточно много уже долгов, более миллиарда рублей нам должен «Свердловэнергосбыт». И я думаю, мы предложим им ограничить собственное потребление.

- Это что такое?

- У них есть также офисы, есть производственные базы, вот потребителей это ни в коей мере не коснется.

- То есть вы отключаете свет именно «Свердловэнергосбыту», получается?

- Да, мы имеем на это законное право. Собственно говоря, вот сегодня я должен обратиться к руководителям уже письменно в соответствии с процедурой, предусмотренной законом, и предложить им снизить собственное потребление.

- Какой вы видите выход из ситуации с неплатежами? Или просто подождать, пока рассосется.

- Выход достаточно простой. Опять же говорю, мне очень Владимир Владимирович Путин понравился, когда один крупнейший предприниматель спросил, а чем бы они могли ему помочь. Он говорит, что ничем, не надо нам помогать. Там такая фраза, я не берусь ее цитировать, то есть и с неплатежами то же самое – да ничем, надо просто платить и все. Этим и закончится, само не рассосется, то есть нужно понимать, что по долгам придется рассчитываться, чем быстрее, тем проще, чем дальше затягивать, тем это будет болезненнее, и не дай Бог, очень болезненно.

- Плата за присоединение вот сейчас, когда эти присоединений меньше, чем в прошлом году, что-то будет меняться?

- Да, тут произошли кардинальные изменения. Я бы здесь начал с того, что их не меньше, их на сегодняшний день фактически нет. То есть все, кто хотел присоединиться, присоединились, тот, кто планировал присоединиться в этом году, те производственные программы свернуты. Поэтому никакой востребованности этой услуги на сегодняшний день нет – это раз. Второе – принято соответствующее решение правительством о том, что плата за присоединение фактически на сегодняшний день носит символический характер, равняется не нулю, но в денежном выражении, стремящемся к этому. Поэтому здесь никакой проблемы нет, и я считаю, что оно может быть на сегодняшний день необоснованно, потому что бессмысленно предлагать и продавать тот товар, который на сегодняшний день не востребован на рынке, да еще и пугать людей ценником, как минимум это негуманно. Второй вопрос, что когда эта услуга будет востребована, тот вот тут будет достаточно серьезная проблема, потому что, как вы правильно заметили, не первый кризис переживаем, и все что бесплатное, то исчезает мгновенно. А это на сегодняшний день бесплатно, как бесплатные дороги, как бесплатная медицина, так и будет бесплатное присоединение.

- То есть присоединяться будет не к чему, потому что эти деньги шли на инвестиции куда-то?

- Безусловно, конечно. У нас не будет источника финансирования, мы с вами только что говорили о том, что бессмысленно раздавать льготы, не подкрепленные источником финансирования. Вот раздали льготы, мы помним, чернобыльцам, афганцам и кому-то еще, а у людей возникает вопрос, где они. Вот и будет нечто подобное с возможностью присоединения.

- Качество электроснабжения потребителей может пострадать из-за кризиса или процессов около кризиса, чего-то с этим связанного?

- Нет, для нас это константа, что называется святая святых. И здесь мы даже не обсуждаем и не задумываемся о том, чтобы что-то изменить, что-то поменять, то есть не сворачивается весь комплекс мероприятий производственного характера для того, чтобы наши потребители были надежно и соответствующим качеством обеспечены. Поэтому мы здесь не обсуждаем ни количество занятого персонала, ни количество мероприятий, ни в коей мере не отражается на той действующей системе энергоснабжения, которая на сегодняшний день есть. Никакому секвестированию ни люди, занятые в этом производстве, ни их социальные пакеты, заработная плата, ни количество производственных мероприятий не подлежат!

- В принципе то вы как в будущее смотрите?

- Как всегда. Понимаете, бедным людям оптимизм больше присущ, поэтому нам терять нечего.

- Спасибо большое. Генеральный директор «МРСК Урала» Алексей Бобров был сегодня на «Стенде». Я с вами прощаюсь.

Наверх